Le сoncert: "Ты украла у меня все мои слова"

Опубликовано: 25.11.2015
Просмотров: 512

Искушенного зрителя вряд ли удивит классическая постановка, типичные герои, устоявшееся видение. Чтобы привлечь внимание, надо удивлять! В студийном театре ДК УрГЭУ в минувшую субботу зрители смогли увидеть необычную постановку «Le сoncert» автора Ирины Лядовой.

Жанр представления определить довольно сложно: концерт, спектакль, перфоманс? Как оказалось, все вместе.
Основой «Le сoncert» стали песни французского певца, композитора, актера Жака Бреля. Живое воплощение песен мы смогли увидеть благодаря актеру театра Николаю Нечаеву.

Он в образе мима встретил зрителей ещё у входа, любезно отворив двери в зал. Можно считать, что уже тогда представление началось.

Актер ещё не появился на сцене, а в зале уже воцарила абсолютная тишина. Сначала она даже испугала, казалось, что любое движение разрушит созданный кем-то необычный мир. Хотелось затаить дыхание и ждать, что же сейчас будет.

Большая сцена и один маленький мим, но насколько органично он там смотрелся. Он будто заполнял всю сцену, при этом демонстрируя ее просторы. Минимализм в цветовых и световых решениях давал больше возможностей изучать героя, всю внимание было нацелено именно на него. Но мим не делал ничего сверхъестественного, в чем же необычность?  Предугадать развитие событий было крайне сложно, заинтересует ли публику с виду обычный мим? Что он будет делать дальше?

Мы привыкли, что мимы обычно вызывают улыбку у публики. Безмолвные веселящие жесты, забавные действия, взгляды прямо в глаза. Стоит только отвести взгляд, и мы можем упустить весь смысл. Но что будет, если мим вдруг заговорит? Какой у него голос? Что он скажет? Не испортят ли слова его жизнь?  Николай избавил нас от этого потока вопросов. Зачем-то он отчаянно вцепился в микрофон и… ни единого звука. Неудачные попытки что-то сказать в микрофон и тишина вместо музыки не устроили актера, он непременно желал говорить. Ради этого он был готов изменить образ.

Постепенно смывая грим, актер становился все ближе к непривычным для него действиям – произнесению слов. Белая краска на лице, кажется, сковывала звуки, которые так давно мечтали вырваться наружу. И вот, о чудо! По залу пронеслось: «Мадлен, Мадлен, Мадлен!».

Что же заставило немого творца жестов стать говорящим? Все стало ясно из стихов, сорвавшихся с уст: «Когда только любовь может путь проложить, изменяя судьбу на каждом перекрестке». Любовь. Вот, что овладело нашим героем. О ней хотелось говорить, даже кричать, ее хотелось петь, ее влекло играть. Но назвать действия на сцене игрой будет неправильно. Заговоривший мим буквально проживал каждую строчку, любое слово шло откуда-то изнутри. Он не был прежним мимом, теперь он человек.

Такие разные стихи, но в каждом упоминание о любви. Трагичной, развратной, запретной, тихой, окрыляющей … о такой разной, но все же любви.

Перед зрителями был один лишь мим, но только физически, если верить впечатлениям, то образы разных мужчин сменяли друг друга в ходе прочтения стихов. Можно было заметить даже появление Маяковского: «Я болен, я совершенно болен, ты украла у меня все мои слова, ты лишила меня всех моих песен». 

Интересно было наблюдать и за игрой актера. Николай отдавал всего себя публике, каждым движением донося определенную информацию. Говорить про жесты и мимику можно бесконечно, но и обращение с атрибутикой захватывало. Появившийся вдруг цветок в руках Николая представлялся маленьким чудом. Белая хрупкая хризантема под натиском (одним сжатием руки)  разлетелась на лепестки, оставляя герою пустоту вместо надежды на любовь.

Ещё одна вещь, которая бросался в глаза - пиджак. Он был частью Николая. Словно с живым существом, мим обращается с немного потрепанным пиджаком. Он то снимает его, то снова надевает, то выворачивает наизнанку, находя все новое в давно изученной вещи.

Повесив пиджак и забыв о нем на время, актер углубляется в стихи, грустные, безнадежные. Когда кажется, что все потеряно, он плетется к «доброму другу пиджаку», надевает его и луч радости загорается в нем! Пиджак весь в хризантемах! Необычайный всплеск эмоций, неподдельную радость мима почувствовал, вероятно, каждый. Потеряв один лишь цветок, он обретает множество. И счастливее человека уже не найти. Это не просто хризантемы, это возвращенная любовь. Теперь хочется делиться счастьем, дарить цветы и подмигивать незнакомкам.

«Я в цветах, в душе покой», - произносит актер.

Но все-таки в любви нашего героя так мало легкости. Это подтверждает следующее стихотворение. Герой прощается с друзьями, с женой, со всем светом: «Ты знаешь, трудно умирать весной». Смешивая комическое с драматическим актер веселит на секунду зрителей и тут же погружает их в раздумья.

Песней «нежные сердца» завершается «Le сoncert»:

«И нет цветов в глазах, в них расцветает страх, страх опоздать хоть раз и не успеть в Париж». Принятая безнадежность, спокойствие мудрого человека слышится в последнем стихотворении. Нежные хризантемы сменились на красную герберу, а миму уже больше не нужны были слова, их снова украли, как он говорил выше.

Безмолвное прощание с публикой и широкая улыбка.

Спектакль длится 50 минут. Этого времени как раз хватило, чтобы прочувствовать атмосферу, понять идею и насладиться искусством. Но все же внутри осталось некое ощущение недосказанности, может быть, из-за недостаточной твердости финала, нехватки жирной точки. Но, в любом случае, формат был интересен и увлекателен. Если описать представление парой слов, то выйдет следующее: «Как же быстро, но так насыщенно!»

Автор: Надежда Ризаева

Фото: Павел Кошкин

 


Отзыв на киноконцерт Лары Фабиан: Вечер вокруг света

Инди-поп-дива Zella Day в Екатеринбурге

Впечатления с выставки "Айвазовский. Живые полотна"




Отзывы




Оставляя отзыв, пожалуйста, помните о том, что содержание и тон Вашего сообщения могут задеть чувства реальных людей







Добавить информацию
Ваша роль на сайте?

Забыли пароль?
Регистрация

Екатеринбург
Челябинск
Уфа
Пермь
Ижевск
Нижний Тагил
Тюмень
Москва
Санкт-Петербург