Любовь или безумие?

Опубликовано: 19.05.2017
Просмотров: 238

Спектакль «Любовь или безумие», представленный актерами Учебного театра ЕГТИ, объединил и творчески переосмыслил два классических произведения русской литературы «Гранатовый браслет» и «Маскарад». Что общего увидел в них режиссер и почему возникает сомнение в том, что же развивается перед нами: любовь или безумие? Постановка дает исчерпывающие ответы на оба этих вопроса.

18 мая Учебный театр ЕГТИ представил вниманию зрителей оригинальную постановку «Любовь или безумие», объединившую в себе творческое переосмысление двух, казалось бы, отличающихся друг от друга произведений – «Гранатового браслета» А. И. Куприна и «Маскарада» М. Ю. Лермонтова. Спектакль поставлен студентами IV курса под руководством Заслуженного артиста России профессора В. Двормана и педагога по танцу О. Дороговой.

Идея объединить повесть Куприна и драму Лермонтова показалась мне интересной. Действительно, оба произведения о любви всепоглощающей, берущей контроль не только над разумом, но и над жизнью человека. Любовь к женщине предстает в них как чувство глубоко трагическое, необъяснимое и, главное, неподсудное, как безумие, ведь человек не властен над ним. Эпиграфом ко всему спектаклю, вопросом к зрителю, с которым он должен выйти из театра и сам найти на него ответ, могли бы стать слова, произнесенные Василием Львовичем Шеиным: «Как может человек избавиться от чувства, которое не нашло еще себе истолкователя?».

Спектакль оставляет приятное впечатление. Чувствуется, что для режиссера на первом месте стояло не столько собственное восприятие произведений, сколько их изначальная идея. Объединенные размышлением о чувстве, затуманивающем разум и толкающем людей к смерти, истории тем не менее были разведены по двум актам (первым идет «Гранатовый браслет», затем – «Маскарад») и даже поданы в разной форме. Интерпретация «Гранатового браслета» представляла собой традиционную драматическую постановку, а «Маскарад» – так называемую «пластическую фантазию». Поговорим о каждой в отдельности.

Действие и диалоги в «Гранатовом браслете» очень близки к оригиналу, сохраняются ключевые эпизоды: именины Веры, визит мужа и брата княгини к Желткову, приход Веры после его смерти. Однако в отличие от оригинала, в спектакле княгиня ведет себя так, будто ждет посланий от поклонника: на сцену выходят люди, одетые в черное, каждый протягивает ей, но не дает в руки письмо от него, и девушка мечется между ними, пытаясь ухватить хоть одно – но безуспешно. Это словно сама любовь Желткова, которую Вера не могла не замечать, но понять, уловить её глубину и силу была не в состоянии. И мы видим, ей нужны эти письма, они дороги ей. Что это – неосознаваемая любовь к поклоннику? Полагаю, режиссер таким образом показал, как сильное чувство, доходящее до безумия, может передаться даже через письма и завладеть тем, на кого оно направлено.

Хочется сказать пару слов и об актерской игре. Мужская половина состава играла превосходно: искренне, достоверно, а главное живо. Особенно удачно получился образ Желткова. Актеру удалось передать трагизм жизни этого человека, показать, как измучила и вывернула его душу эта любовь, от которой никуда не деться и которая не дает его герою возможности жить. К сожалению, образ Веры получился менее удачным: в начале спектакля героиня, говоря о серьезных вещах, почему-то улыбалась, была в радостном возбуждении, но уже к середине представления выражение её лица стало однообразно задумчиво-печальным и уже не менялось до самого конца. Для женщины, понявшей, какой силы и глубины чувство прошло мимо неё, она была удивительно холодна.

Перенести прозаическое произведение в формат пьесы – задача, безусловно, не из легких, многое усложняет желание сохранить как можно больше текста, идей, сюжетных линий и при этом подать зрителю свое видение истории. К сожалению, постановка «Гранатового браслета» грешила желанием ухватить всё и сразу: собственно диалоги, тексты писем, пластические зарисовки, передающие смятение героев, повествование о происходящем на сцене от третьего лица – чего только здесь не было. Особенно удивил момент, когда княгиня Вера Николаевна, рассказывая о дне именин, заговорила о себе в третьем лице. Полагаю, уместнее подобные ремарки звучали бы из-за сцены, ведь текст писем подавался именно в такой форме и встраивался в постановку очень органично.

Удачно было выбрано цветовое решение: гости на именинах, муж и брат Веры одеты в черное как символ сдержанности дворянского общества, при этом оба мужчины носят ярко красные галстуки (знак пылкой души, заключенной в рамки условностей), сама княгиня предстает перед зрителями в огненно-красном платье, символизирующем её склонность к глубоким чувствам, внутреннюю страстность. Желтков облачен в белую рубашку и кремового цвета костюм – знак чистоты и благородства его души. Преимуществом такой цветовой гаммы является не только возможность глубже уловить различия между героями, классические цвета не отвлекают от самого действия, говорят вневременности, актуальности трагедии, разворачивающейся на сцене.

«Пластическая фантазия», которую представляла из себя постановка «Маскарада», получилась ярче и органичнее, чем действие первого акта. Она смотрится на одном дыхании: музыка, действие, танец – всё существует на сцене в гармонии, не затемняя основную идею спектакля.

Высшее общество в этой части предстает в виде марионеток, которыми управляют три не то чертенка, не то темных страсти. Все актеры носят маски – они обезличены, это лишь куклы, не имеющие души, с которыми забавляются черти, заставляя их разыгрывать сценки. Доминирующий цвет первой сцены – черно-серый, он также помогает обезличить героев.

Яркой вспышкой в это механизированное общество врывается Настасья Павловна – она одета в белое, её лицо видно зрителю. Поскольку девушка чиста и добра, она сначала не поддается власти темной троицы, однако замужество ставит её в ряд с остальными героями – на неё тоже одевают маску. Интересно, что в решающий момент, когда Арбенин, обезумевший от ревности, уже готов убить её, героине на какую-то долю секунды удается вывести его из-под власти чертей, но они оказываются сильнее. Вообще игра с масками становится ключевой в действии и помогает понять задумку режиссера. Так, Арбенин, совершив убийство, с бешенстве срывает с себя маску и сталкивается лицом к лицу с этими темными страстями, которые руководили им, но уже поздно. Он не в силах победить их.

Звездич, в интрижке с которым Арбенин подозревает свою жену, так же, как и Настасья Павловна, появляется в белом одеянии, но сразу в маске. Тем самым зрителю дают понять, что герой – изначально член общества, подвластного трем чертям. Зачем в таком случае его одели в белое: то ли с целью выразить какую-то идею, то ли для того, чтобы он как главный герой не затерялся в черно-серой толпе – осталось загадкой.

Отдельно хочется выделить игру актеров, изображающих три темные страсти. Их мимика, паучья плавность бесподобны, в полной мере компенсируют отсутствие слов, передают все грани эмоций. Большой похвалы заслуживает пластичность и точность действий и других актеров. Им удавались и механические, резкие движения кукол, и плавность вальсовых движений, и страстность танго.

Каков же итог? Спектакль «Любовь или безумие» представляет собой приятную, хорошо срежиссированную постановку, которая гармонично сочетает в себе уважение к тестам, легшим в её основу, и оригинальный подход к их трактовке. Даже тем, кто не читал произведения Лермонтова и Куприна, идеи спектакля будут понятны, а значит, взаимопонимание между актерами и зрителями достигнуто.

                                                                       

Автор текста: Ульяна Козынцева

Фото: egti


Актуальные сроки подачи документов в вузы 2017, список документов

Весь город будет звучать  

OFF ROAD: Уральская Грязь 2017

Он был рождён стать королём. Отзыв на фильм «Меч короля Артура»

 




Отзывы




Оставляя отзыв, пожалуйста, помните о том, что содержание и тон Вашего сообщения могут задеть чувства реальных людей







Добавить информацию
Ваша роль на сайте?

Забыли пароль?
Регистрация

Екатеринбург
Челябинск
Уфа
Пермь
Ижевск
Нижний Тагил
Тюмень
Москва
Санкт-Петербург