«Коляда-театр» преподал зрителям «Уроки сердца»

Опубликовано: 12.01.2013
Просмотров: 2059

День рождения «Коляды-театра» в этом году отпраздновали с особенным размахом и сразу двумя премьерами - «Старыми песнями о главном-2» и «Уроками сердца» по сценарию молодого драматурга, ученицы Николая Коляды Ирины Васьковской. О том, насколько серьезными оказались эти уроки, и пойдет речь в нашей рецензии. 

Спектакль состоит из двух одноактовых пьес, первая из которых называется «Русская смерть», а вторая дает имя для всей постановки. Впрочем, заглавной ее считать нельзя, поскольку обе главы правдивой книги бытия, которая раскрывается перед зрителем во время спектакля, равнозначны и равноправны, более того – по окончании сценического действия становится ясно, что на самом деле книга значительно длиннее и пишет ее каждое русскоговорящее существо. Именно русскоговорящее, потому что подобного рода спектакль можно создать только на родине березок.

На первый взгляд сюжеты первой и второй части никоим образом не перекликаются друг с другом: герои (а вернее героини – именно женщинам в этом спектакле дано слово) не связаны территориально, совсем не обязательно, что живут в одном времени, и уж точно не знакомы друг с другом, но страдают от одних и тех же общих катастроф: одиночества-одиночества-одиночества, язвящего до костей; мучительных и безрезультатных поисков любви и беспрестанных мыслей о смерти. Катастрофа вселяется к ним под кожу, становится второй сущностью и заставляет их идти на отчаянные поступки – добиваться любви у тех, кто любить не способен, навязываться, унижаться, строить трехэтажные иллюзии – «репетировать» счастливую жизнь, подавляя «увечье души».

Круг персонажей максимально сужен: в первом акте их всего три – сестры Валя (Вера Вершинина) и Надя (Алиса Кравцова) и их кратковременный «попутчик» Алексей (Александр Замураев); во втором – два – безымянная мать (Любовь Ворожцова) и ее стареющая некрасивая дочь Лариса (Любовь Кошелева). Все остальные герои, упоминаемые в спектакле, - давние возлюбленные Вали и Алексея, которых они считают своими лучшими воспоминаниями; пьяница Сергей, которого весь вечер ждет Лариса и не дожидается, - предстают бессловесными тенями, выведенными за рамки тесных полутемных мирков, в которых ютятся души наших пациентов. Убранство сцены тоже весьма аскетично: о том, что окружает героев пьесы, мы узнаем, по большей части из авторских ремарок и на протяжении всего спектакля просто имеем это в виду – внешняя бутафория не отвлекает  от познания внутренней жизни героинь.

Некрасивые, слабые, постоянно находящиеся на грани истерики (Надя: «Я села на диван пореветь и заснула») они страдают с особенной женственностью: с заламыванием рук, с обилием слез, с массой красивых и бесполезных слов – в общем, так, как и должно быть. Интеллигентность героинь только усугубляет дело, потому что присутствие звериного в окружающих их людях образованные дамы чувствуют с особенной остротой – как будто нож воткнули под сердце, - а бесплодные попытки среди зверья найти единственного и неповторимого медленно поворачивают этот нож вокруг оси. Трагичность доходит до пика, когда мы узнаем, что любовь в жизни героинь уже была, но недосягаемо давно, в той первой молодости, к которой и в воспоминаниях уже возвращаться страшно, потому что в зеркале уже совсем другое лицо и тело, потухшие глаза и морщины загнанной зрелости. 

Впрочем, именно страдания и дают героиням желанный и необходимый урок сердца: в конце пьесы каждая из них понимает, что их одиночество конечно и что родная душа все-таки находится рядом, и, более того, живет с ними под одной крышей: вечно грызущиеся Надя и Валя осознают, что они любящие сестры, а Лариса вновь проникается благодарностью к мамочке, которую совсем недавно, закрывая глаза, видела в гробу. Зрителю дают понять, что перемирие носит кратковременный характер: обе части спектакля заканчиваются, в прямом смысле, маленьким концом света - в темноте героини повторяют свои последние реплики, как мантру: «Ну, что?» - «Ничего мамочка», «Ну, что?» - «Ничего мамочка» (мать и Лариса); «Ну, и сиди тут, как сыч, а я спать пошла. Ну, и сиди тут, как сыч, а я спать пошла» (Надя). По всей видимости, создатели спектакля делают неутешительный прогноз: Надя никогда не поймет и не примет мрачной задумчивости Вали, а Лариса так никогда и не выйдет из-под материнского ига и в конце концов снова вернется к своим фантазиям. Тем не менее, уроки сердца получены и, возможно, когда-нибудь вспомнятся. 

Суггестия во время просмотра этого спектакля неотвратима, потому что увидеть себя на месте героинь проще простого: они – вырезки из каждодневной действительности, полностью повторяющие ее контуры – они сверхреальны. Восхитительная игра актеров оказывает слезовыжимающее воздействие – да и на их щеках слезы вполне реальны и огненно горячи. Вердикт положителен: всем, кто хочет постичь важнейшие уроки сердца и заглянуть в свои внутренние хтонические хляби, которых раньше боялись, просто необходимо посмотреть одноименный спектакль в «Коляде-театре». «Уроки сердца» - ярчайший пример театрального мастерства, а, учитывая, что этот опыт для Ирины Васьковской стал дебютным, - еще и бешеного таланта сценариста. Не останавливайтесь на этом – просим, просим!

Екатерина Смирнова

На первом фото - сцена из спектакля, на втором - драматург Ирина Васьковская и исполнительница роли Ларисы, Любовь Кошелева

 




Отзывы
Вася  14.01.2013
Нина Анатольевна  27.06.2013
Были на спектакле 25.06.13. Потрясла игра Любови Ворожцовой и Любови Кошелевой. Спасибо всем огромное.




Оставляя отзыв, пожалуйста, помните о том, что содержание и тон Вашего сообщения могут задеть чувства реальных людей







Добавить информацию
Ваша роль на сайте?

Забыли пароль?
Регистрация

Екатеринбург
Челябинск
Уфа
Пермь
Ижевск
Нижний Тагил
Тюмень
Москва
Санкт-Петербург