«Писать песни на русском языке – большая ответственность»: уральские музыканты о продвижении и проблемах в творческой среде

Вам больше нравится рок или поп? А может, инструментальная музыка или денс? Даниил Коржов и Дарья Самойлова могут сыграть что угодно. Чтобы реализовать все свои музыкальные таланты, они создали два проекты Diamond Duet (DD) и KIZA. В интервью «УралСтудент» ребята рассказали о продвижении, проблемах в творческой среде и о том, как появилась идея создать несколько музыкальных групп.

— Пока я готовилась к интервью, нашла ещё один ваш проект Diamond Duet. Получается у вас два музыкальных проекта: Diamond Duet (DD) и KIZA?

Даниил: изначально у нас была группа DD, которая существует около двух лет. У нас были разные составы, акустические программы, где мы только вдвоем выступали. А KIZA появилась недавно, когда выпустили трек «Kill somebody», даже сняли на него небольшой клип. Сейчас оба проекта существуют параллельно.

Дарья: нам нравится делать разные вещи, и мы не смогли уместить это в рамках одной группы. DD - это больше инструментальная музыка, эпик рок. А KIZA - это поп, денс, больше клубный вариант.

С DD мы выступали, например, на Ural Music Night в 2019, на «Старом Новом Роке» на «Волне». Пробовали попасть на New Open Fest, но не успели. Зато стали участниками Ural Music Camp. Мы вообще очень активные. Рады и просто выступить, и поучаствовать в каких-то конкурсах, интенсивных курсах, где нужно показать не только свою музыку, но и план развития.

Даниил: у нас есть чёткие планы по развитию групп. Для DD мы хотим снять клип и покрутить его в качестве рекламы, песен мы много записали. Для KIZA музыки пока недостаточно, поэтому мы ищем средства на их запись и распространение.

— Директор «Старого Нового Рока» Евгений Горенбург говорил, что на фестиваль они не брали те коллективы, которые были участниками уже несколько раз. Мотивировал это тем, что они должны развиваться самостоятельно. Почему так получается? Вроде коллектив выступает на таком масштабном фестивале, будь то «Старый Новый Рок» или «Ночь Музыки», а толку нет.

Даниил: на мой взгляд, такие фестивали малоэффективны для продвижения группы. Вот их New Open Fest был полезен, потому что музыканты могли получить гранты на своё развитие. Это реальные деньги, которые можно вложить в съёмки клипа, рекламу, запись альбома и т.д. А «Старый Новый Рок» - музыкальное мероприятие, без направленного подхода к перечисленным вещам.

Дарья: такие фестивали как «Старый Новый Рок» интересны тем, что зритель может послушать много групп, которые играют в разных жанрах.

— А почему вы тогда выступаете на подобных фестивалях?

Дарья: ну как можно не выступить на «Ночи Музыки» в родном городе. Когда мы только организовали DD, у нас сразу была мечта стать участниками этого мероприятия. Но мы тогда были не очень уверены, а когда нас взяли в 2019 году, были безумно рады. Это классный опыт.

— Давайте ещё раз подробнее, как всё-таки появились ваши музыкальные проекты?

Даниил: с Дашей мы познакомились на лекции от Ural Music Camp. Начали обсуждать музыку. Я сказал, что пишу музыку, а Даша, оказалось, что поет. И решили, что встретимся на «Старом Новом Роке» через два дня. Побыли там и обратили внимание, что наши имена начинаются с одной буквы — DD. У меня отложилось в голове, что здорово звучит. Потом мы списались, решили вместе поиграть. Сначала делали кавер-версии, а потом и свою музыку начали писать. И когда думали, как назваться, в голове всплыло DD. Так и назвали.

Дарья: потом к нам начали присоединяться музыканты. Кто-то приходил, кто-то уходил. Поэтому группа DD - это скорее какое-то музыкальное сообщество. На одном из наших выступлений на сцене одновременно было восемь музыкантов. Однако ядро — я и Даниил. Можем выступить как дуэтом, так и большой компанией музыкантов.

Даниил: KIZA началась просто с того, что мы дурачились. Мы с Дашей ехали куда-то, она изображала бандитку и спела I want to kill somebody. Мне так понравилось, как она это сделала, что мы решили развить эту тему. Создать некий гангстерский образ. Вместе с нашим другом композитором Сергеем Масальским сделали трек.

Дарья: его жена, её, кстати, тоже зовут Даша, училась в Лондоне и она помогла нам написать текст. В итоге у нас получилась такая интересная композиция. Поэтому KIZA - это скорее творческая фантазия, чем спланированный проект.

— Почему у вас песни на английском языке?

Дарья: английский - мелодичный язык. К тому же, я его хорошо знаю. Мне нравится на нём исполнять песни. На русском сложнее разрешить себе петь, потому что сразу задумываешься о словах, о смысле песни, ведь твою речь понимают. В случае с треком на английском в России слушатель в основном проникается музыкой, редко пытаясь уловить текст. Так что, писать на русском языке - большая ответственность. Мы ещё в процессе создания композиций на русском, хочется сделать такие, чтобы люди прониклись.

Даниил: к тому же, английский - международный язык. А мы планируем выступать заграницей.

Дарья: у меня ещё есть желание спеть на испанском, но он у нас пока в процессе обучения.

— Тяжело работать на два проекта сразу?

Дарья: сложно, конечно. Особенно когда мы готовились подавать заявки на Open Fest и «Старый Новый Рок». И нам нужно было отрепетировать репертуар DD и создать материал для KIZA.

— Как бы вы описали слушателя KIZA?

Даниил: нашему слушателю от 14 до 22 лет. Это человек, который многим вдохновляется, он впечатлительный, эмоциональный. И если мы завоюем сейчас молодую аудиторию, они нас будут слушать дальше. Такая работа на перспективу.

Дарья: мне кажется, это больше радийный проект. И возраст шире — до 35 лет. Это знаешь, как с популярными песнями на радио. Они заседают у тебя в голове, и ты их потом напеваешь. И происходит это не только с молодёжью, но и с людьми всех возрастов.

— А сами что слушаете?

Даниил: я в последнее время слушаю Шарлот. Это такой молодой парень из Самары. Он исполняет крутую любовную лирику. Для девушек, конечно, в основном. Но мне тоже понравилось. У большинства про любовь поётся пошло. А у него так аккуратно, нежно. И это так не свойственно для мужчины, поэтому он интересен. Это если о современных исполнителях говорить. А так, мой любимый исполнитель — Борис Гребенщиков. «Кровосток» ещё люблю.

Дарья: я люблю зарубежную музыку слушать, фанк, например. Майкл Джексон, Мадонна, Адэль. Сложно вспомнить. Разную музыку слушаю и в большом количестве.

— Больше с профессиональной точки зрения слушаете?

Дарья: смотря что. На репетициях мы часто смотрим выступления других групп, учимся, как вести себя на сцене.

— Ваши музыкальные проекты вас лично как-то поменяли?

Дарья: безусловно. И эта трансформация до сих пор продолжается.

Даниил: в первую очередь, научились работе в команде. Это на самом деле очень сложно. У всех свои заморочки, каждый хочет своего. Но главное — это пунктуальность. У нас был неприятный случай, когда мы не успели приехать вовремя на репетицию из-за пробок. Это привело к серьёзной ссоре с двумя музыкантами.

Дарья: да, было дело. Я нас не оправдываю, мы тогда опоздали на два часа. Но нам всё равно было обидно, что из-за одной ситуации всё перечеркнулось. С тех пор мы всегда приходим вовремя и даже раньше. А вообще мы поменялись даже с точки зрения музыки. Поскольку мы не так долго играем, у нас нет чёткого понимания, что мы хотим исполнять только это и ничего больше. Мы пробуем разное. И наши эксперименты вылились в проект KIZA. Может быть, мы найдём какую-то золотую середину.

— Вы на сцене, и вы в жизни это разные люди?

Даниил: я на сцене — это я. Может, даже в жизни я не настолько настоящий, как во время выступления.

Дарья: на сцене я больше раскрываюсь. Чувствую себя свободнее. И всё равно есть некий образ. Особенно с KIZA. В треке «Kill somebody» я добавляю театральности. Но в целом мы на сцене и в жизни не особо отличаемся.

— Где-то работаете ещё? Мешает ли это делать музыку?

Даниил: я работаю дизайнером сайтов и занимаюсь рекламой. Видео снимаю.

Дарья: я — дизайнер купальников. У меня свой бренд. Вся наша деятельность так или иначе связана с творчеством. И работа нам абсолютно не мешает, поскольку у обоих свободный график, мы не привязаны к офису.

— В мире сейчас много музыки. Стало ли сложнее привлекать слушателя из-за большого разнообразия?

Даниил: DD и KIZA. У них совершенно разные аудитории. И да, привлечь слушателя трудно. Слишком большой выбор. Поэтому, чтобы зацепить, нужно правильное продвижение. Без рекламы никто о вас не узнает. А если рекламный бюджет будет, то обязательно найдутся те, кому вы понравитесь. Это не проблема. Были бы деньги.

Дарья: сложности скорее связаны именно с построением правильной стратегии продвижения, потому что рекламный бюджет можно слить, так и не добившись результата. И нужно уметь правильно работать с аудиторией. Концерты организовывать, создавать различные товары со своим логотипом. Но на это можно посмотреть с другой стороны — в современном мире много возможностей. Если раньше для записи нужна была студия, а снять клип вообще целая история, то сейчас это не такая проблема. И мы больше рады такому прогрессу.

Даниил: можно найти лейбл и не переживать. С проектом KIZA мы так и планируем сделать.

— Не боитесь, что лейбл вас обманет? В последнее время много таких историй, когда права на песни забирают или артиста без его псевдонима оставляют. Про Тейлор Свифт такое слышала.

Даниил: мне не страшно, если лейбл заберёт у меня песни, я ещё сто таких напишу.

Дарья: это, конечно, очень серьёзно. Нужно быть юридически грамотным при заключении контракта. И не соглашаться на невыгодные условия. Опять же, сейчас можно продвигать себя самостоятельно.

Даниил: в принципе нам нечего бояться. Мы не Тейлор Свифт. И если лейбл предлагает популяризировать нашу музыку за свои деньги, это круто.

— А если лейбл попросит сменить направление, согласитесь?

Даниил: мы современные люди и понимаем, что у лейбла есть опыт. Они профессионалы и им виднее, какую музыку нужно делать, чтобы стать успешными. И если нам предложат делать по-другому, то это не проблема. Почему бы не попробовать. Ну, если конечно, нас не заставляют петь какие-то песенки, содержащие ненормативную лексику.

Дарья: к тому же, мы приходим к лейблу с уже каким-то багажом. И если он соглашается с нами работать, то ему что-то в нас нравится. А дальше всё должно проходить на уровне переговоров. Ну и вообще не бывает такого, что приходит рок-группа, а из неё делает рэп-группу.

Даниил: лейбл берёт тех, кто совпадает с ним по музыкальному направлению. Каких-то радикальных изменений от него не стоит ожидать. Больше корректировки, а это, наоборот, хорошо, помогает заработать себе имя и впоследствии стать независимым. Вот вспомни Егора Крида, Black Star помог ему раскрутиться, а сейчас он выкупил свои права и спокойно продолжает свою музыкальную карьеру.

— Кстати, рэпер L’One так и не смог получить права на своё имя и песни у BlackStar.

Даниил: если ты знаменит, то нечего переживать за своё сценическое имя и репертуар. Создай новый проект и твои фанаты тебя поддержат.

— Вы говорили, что технологии — это хорошо. Много возможностей. А что думаете про интернет-пиратство? Не обидно, что вы вкладывались, а потом кто-то скачал это бесплатно?

Даниил: на самом деле нет. Основной заработок сейчас — это концерты и собственная продукция. Надо быть Билли Айлиш, чтобы продаваться на iTunes. А пока у тебя нет четырёх миллиардов просмотров на одном клипе, то просто продавать музыку ты не сможешь. Я сам ни разу не покупал песни. Мне проще бесплатно во «Вконтакте» послушать. Сеть — это способ показать себя миру! Feduk со своим «Розовым вином» стал популярным благодаря «Вконтакте». И никто ему за прослушивание песни деньги не платил. Зато знаешь, сколько ему сейчас платят за исполнение одной этой композиции на корпоративе? Несколько сотен тысяч! За одну только песню.

Автор: Анастасия Сбродова

Фото: Андрей Вяткин

«Самое ценное в кэмпе – это люди»: участница Ural Music Camp о музыкальном проекте, наставниках и творческой деятельности

«Любите то, что делаете»: участница студенческого вокального конкурса UNIVISION о том, что нужно артисту для покорения сцены

«Музыка для меня - это способ творить»: уральская певица о творчестве и проблемах начинающих музыкантов