"Белая гвардия" на грани нервного срыва: в Музкомедии станцевали народное горе

Опубликовано: 09.01.2013
Просмотров: 1069

«Мы все живем в этой стране» - эта неоднозначная и почти что крамольная фраза стала слоганом для новой постановки Свердловского академического театра музыкальной комедии. Музыкальная драма по мотивам последнего романа XX века, «Белой гвардии» Михаила Булгакова действительно одновременно заставляет задуматься, а в той ли мы стране живем, и почувствовать гордость за то, что мы живем в этой стране, без лишней скромности – Стране Людей. Автором постановки стал народный артист России Кирилл Стрежнев, композитором – Владимир Кобекин, либретто написал Аркадий Застырец.

Некоторые критики упрекают спектакль в чрезмерной вольности – мол, уж слишком сильно он отступает от оригинального, «священного» текста; рецензент из «Областной газеты» грозно вопрошает: «По Булгакову или все-таки по мотивам?», - и можно даже представить, как он при этом хмурит брови. Сценарист Аркадий Застырец бессильно обороняется: «Как вообще музыкальное произведение может быть не по мотивам? Мы что, должны брать десятки страниц без изменений и петь прозу?». Ну, конечно, нет Аркадий, эта претензия действительно выглядит смешно. Тем не менее, некоторые отступления от Булгакова кажутся не совсем обоснованными: например, из сценария вообще пропадает Лариосик, который в романе играет совершенно определенную смыслообразующую функцию, создавая контраст с логичным и успешным Тальбергом, мужем Елены, оказавшимся лишним в семействе Турбиных (Лариосик, несмотря на свою нелепость и «котеночность», как мы помним, становится для Елены и братьев почти родным) и более других страдая от невероятных кульбитов истории. «У нас есть определенный пространственно-временной континуум, в который Лариосик не вписался, - говорит Застырец. – Если создавать контраст с Тальбергом, то нужно роль самого Тальберга расширять, а он у нас всего один раз пробегает по сцене».

Впрочем, несмотря на все допущения, атмосфера романа передана, и выражается она всего в одной фразе Николки Турбина: «Война, несчастье, а тут – любовь!» - несмотря на то, что в самом спектакле она характеризует только личную романтическую коллизию младшего представителя семейства, ее можно транслировать на все содержание спектакля. Этот образ «а тут любви» выдержан даже в убранстве сцены: крохотный круглый стол под абажуром, за которым семейство Турбиных с гостями пьет чай и водку, установлен в правом углу и занимает крайне незначительное пространство, становясь отъединенным от рушащегося мира островком тепла и добросердечности. Здесь все любят всех: Алексей (Владимир Алексеев) и Николка любят Елену Прекрасную (Светлана Кочанова) любовью истинно братской, донельзя обаятельный поручик Шервинский (Игорь Ладейщиков) – любовью-страстью и любовью-игрой; Елена любит своих мужчин одной большой сестринско-материнской, жертвенной любовью; все они любят странного и смешного пьяницу Мышлаевского (Леонид Чугунников), с переменным успехом ухлестывающего за служанкой Турбиных Аннушкой (Альбина Дроздовская). «Интеллигентность никогда не умирала, - заявляет Владимир Алексеев, исполнитель роли Алексея Турбина. – Это не только внешний этикет, а состояние души, стремление к честности, добру, справедливости. Турбины – это ведь никакие не князья. Их интеллигентность как раз и заключается в любви друг к другу и в любви к Родине».

Зона нелюбви начинается там, куда не доходит теплый свет семейного абажура: остальное пространство сцены выполнено в холодном белом цвете и напоминает вокзал, с которого уходит гудящий поезд старой жизни. Именно в этой точке ноль и происходят все «батальные» танцевальные сцены, которые поставлены настолько качественно и прочувствованно, что вызывают неподдельный ужас. Красные, белые, желто-голубые – все голоса сливаются в единый гул истории, и из этого гула трудно вычленить что-то подлинное. В городских сценах перед зрителями одновременно кружатся и ломаются в танце представители самых разных гражданских сословий, потому что «темные силы злобно гнетут» всех, и абсолютно все чувствуют приближающийся апокалипсис. Турбины тоже являются его частью, но при этом остаются людьми и наряжают елку, а вот другая представительница их круга, возлюбленная Алексея Турбина Юлия (Татьяна Мокроусова) являет собой зрелище полной духовной деградации, категорической декадансной сломленности и показной трагедийности – в этом смысле она интересный, но раздражающий персонаж.

Сцена обращения Елены к богу с просьбой о спасении брата пробирает до костей и бросает в дрожь, но еще более сильной оказывается финальная сцена, когда все мужчины, задействованные в спектакле, сбрасывают с плеч шинели и остаются в белых рубахах, которые в этом эпизоде напоминают саваны. Создатели спектакля прямо говорят о том, что все попытки сохранить еле теплящийся огонек старой жизни обречены на провал и что уйдут даже ее лучшие, самые чистые, умные и красивые представители.

В готовом спектакле чувствуется качественная и слаженная работа на всех уровнях – это великолепный музыкальный продукт, с которым стоит ознакомиться всем любителям театра. Он должен понравиться и поклонникам булгаковского романа, потому что его атмосфера и дух переданы доподлинно, и противникам оного, потому что сценическая постановка романное действие структурирует и «отсекает» от него все лишнее. В любом случае, «Белая гвардия» Музкомедии понравится всем, кто любит идеальное соотношение идеи и формы.

Екатерина Смирнова

Эту и другие интересные рецензии читайте на www.apelcin.ru

Фото с репетиции спектакля: источник ИА "Апельсин"




Отзывы




Оставляя отзыв, пожалуйста, помните о том, что содержание и тон Вашего сообщения могут задеть чувства реальных людей







Добавить информацию
Ваша роль на сайте?

Забыли пароль?
Регистрация

Екатеринбург
Челябинск
Уфа
Пермь
Ижевск
Нижний Тагил
Тюмень
Москва
Санкт-Петербург